15. Родина моих предков. Административное деление

15. Родина моих предков.</p>
<p>Административное делениеЕсли бы Екатерина Великая жила сегодня, она бы точно завела себе Инстаграм и выкладывала сторис с хэштегом #УправлениеПо-Королевски. Ведь именно при ней Россия получила такую административно-управленческую реформу, что до сих пор на неё смотрят с уважением (и иногда с тихой завистью).

Возьмём, к примеру, мою малую родину – Калужскую губернию. В XVIII веке это был настоящий хит среди провинций: сначала Калуга была центром Московской губернии, а потом Екатерина решила сделать из неё самостоятельное наместничество. Представьте себе – целая империя, а тут такой проект: «Давайте Жиздру переименуем в город!» И не просто город, а с гербом!

Как говорится, «городок – и то праздник». Жиздринский уезд занимал аж четверть всей территории наместничества – почти как если бы вы решили съесть четвертинку пирога и при этом заявить: «Это мой кусок!»

Но не всё было так сладко: в 1796 году Павел Первый решил поиграть в реструктуризацию и превратил наместничество в губернию.

При этом он «уничтожил» кое-какие суды и магистраты – наверное, чтобы чиновники меньше путались в бумажках и больше времени уделяли чаепитию. Кстати, административно-полицейское управление тогда выглядело как настоящая игра в «Кто здесь главный?» Начальник уезда исправник командовал через помощника и канцелярию – можно представить себе бюрократическую цепочку длиной с три колеса телеги.

А вот деление уезда на станы – это вообще отдельная история. Обычно их было два, но Калужский и Жиздринский уезды решили выделиться и получили по три стана каждый.

В каждом стане по 6 волостей, а к каждой волости приставали урядники со стражниками – примерно как современные участковые с подчинёнными. Если бы тогда снимали сериал про местное самоуправление, это была бы смесь детектива и комедии положений.

Судебная система тоже не отставала: окружной суд имел целый штат чиновников — от члена суда до нотариуса. Видимо, чтобы никто из жителей Жиздры не заблудился в юридических лабиринтах без сопровождения гида.

А теперь представьте крестьянскую реформу 1861 года – настоящий социальный апгрейд для губернии!

Появилось земство — общественное самоуправление со своими гласными (не путать с певцами), которые должны были заботиться о нуждах населения. На первом собрании земских гласных присутствовало 60 человек — из них почти три четверти были дворяне.

Можно сказать, что это была первая попытка дворянского клуба расширить свои горизонты за счёт купцов и духовенства.

Выборы гласных напоминали хитроумную игру в шахматы: дворяне выбирали уполномоченных на основе количества земли (чем больше десятин — тем круче), разночинцы объединялись для выбора своих представителей, а крестьяне собирались по одному от каждой волости. Добавьте сюда обязательных гласных от правительства, духовенства и города — получилась такая себе сборная команда управленцев эпохи.

Земское собрание избирало управу из трёх лиц: председателя-дворянина (ведущего заседания) и двух членов — разночинца и крестьянина (чтобы всем было весело). Это напоминает современный анекдот:

«В кабинете председателя земства встречаются дворянин, разночинец и крестьянин… Дворянин говорит: «Давайте решим этот вопрос по-своему».

Разночинец отвечает: «А давайте по-другому». Крестьянин задумчиво добавляет: «А может просто посадим картошку?»»