Когда речь заходит о сельском хозяйстве в годы Великой Отечественной, сразу вспоминается старая шутка: «Почему у колхозника всегда две лошади? Одна — чтобы пахать, а вторая — чтобы объяснять первой, что делать!» Да, времена были такие, что и лошадям приходилось учиться новым трюкам — когда тракторов не хватало, а техника сдавалась на фронт.
Представьте себе: к концу 1942 года на селе осталось около 40% трудоспособных мужчин. Остальные либо на войне, либо слишком больны или стары для службы.
И тут начинается настоящий сельский квест: как накормить страну без тракторов, без топлива и с половиной коров?
Говорят, что в деревне даже коровы начали задумываться о забастовке — молоко-то надо доить, а кто это делать будет? Женщины взяли все на себя.
«Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик», — шутили они между собой. А одна бабушка рассказывала: «Пахала так, что трактор позавидовал бы!
Только у меня ни колес нет, ни двигателя». Правда в том, что женщины действительно стали главными героями тыла — они руководили колхозами и совхозами лучше многих мужчин.
Вспомните анекдот того времени: «Приходит женщина на МТС спрашивать: “А где мужики?” Ей отвечают: “На фронте!” Она вздыхает: “Ну ладно, тогда я сама буду трактористом!”» Так и было!
Девушки и подростки осваивали сложную технику без страха — ведь выбора не было.
Но техника уже изрядно подустала. Запасных частей не было ни в одном магазине — их просто не завозили. Тракторы работали на износ, словно старый дедушка на празднике труда.
Горючего почти не давали — представляете сельское хозяйство на диете? В итоге 80% работы приходилось делать вручную. Если бы крестьяне умели петь песни про ручной труд с таким же задором, как про тракторы — хиты советского радио могли бы смениться деревенскими балладами.
Неурожай добавлял проблем.
Урожайность зерновых упала почти вдвое! Из 8.6 центнеров с гектара до войны осталось всего 4.4 в 1942 году. Это как если бы вы решили приготовить огромный пирог по рецепту бабушки, а муки оказалось только половина нормы — пирог получился маленьким да несладким.
Тем временем государство требовало всё больше продукта для фронта и промышленности.
Колхозникам подняли план выработки трудодней почти в полтора раза — то есть работать нужно было больше за тот же трудодень! Как говорится в народе: «Работаешь как раб – платят как барин».
Но выхода не было.
Интересно вспомнить историю одного колхозника Василия Петровича из соседнего района. Его заставили пахать новые земли – аж пять миллионов гектаров распахали по всей стране! Василий Петрович пошутил тогда: «Если ещё пару таких гектаров дадут – придется мне пасти овец на Луне!» Несмотря на все сложности люди мобилизовали силы по полной программе.
Конечно же главной опорой стала приусадебная земля – там выращивали овощи и картошку для семьи.
Вот тут-то сельские жители проявили настоящие чудеса изобретательности – огород превращался чуть ли не в лабораторию сельскохозяйственных инноваций! Кто-то даже говорил: «Если картошка умела говорить – она бы рассказала столько историй про войну…»
С другой стороны войны была тяжелая реальность: голодные будни и постоянный дефицит всего необходимого оставались испытанием для каждого жителя села. Помню рассказ одной женщины-колхозницы: «Мы ели всё подряд – от крапивы до тополиных почек! Муж сказал – главное не голодать… А я ему ответила – главное жить так, чтобы потом рассказывать детям о том времени».