Ах, 1920-е годы в России – время, когда экономическая политика была такой «новой», что даже холодильники в деревнях ещё не успели остыть от царских времён! Это десятилетие, известное как эпоха НЭПа, было не только про экономику, но и про судебные реформы, милицейские приключения и сельских исполнителей – тех самых героев села, которые пытались навести порядок там, где порядок обычно был в дефиците.
Если представить себе сельского исполнителя того времени, то это был человек примерно как супергерой: без плаща и маски, зато с широкой палитрой обязанностей по охране порядка.
Назначались они гражданами от 18 до 50 лет (мужчины) и до 45 (женщины), потому что в те годы считалось: если ты ещё можешь держать грабли или косу – ты пригоден для службы! Но главное условие – не быть лишённым избирательных прав. То есть если ты мог голосовать за советскую власть, значит и порядок на селе обеспечить тоже обязан!
Представьте себе: один сельский исполнитель отвечал за 300 человек.
Это примерно как если бы сегодня один участковый полицейский получил под свою опеку целый микрорайон из трёхсот квартир. Только представьте масштаб ответственности!
По подсчётам историков, всего таких исполнителей было около полумиллиона. Можно сказать, что почти каждый третий житель страны хотя бы раз примерял на себя роль местного блюстителя закона.
Но вот беда: эффективность этих ребят была под большим вопросом. Известный исследователь О.Н.
Мигущенко говорил, что сельские исполнители были скорее «половинчатым решением», потому что милиция относилась к ним с пренебрежением, а сами советы плохо организовывали их работу. Тут можно вспомнить анекдот той эпохи: «Приходит сельский исполнитель к колхознику и говорит: «Ты почему картошку украл?» А тот отвечает: «А я её не крал, я её просто взял… на временное пользование!»»
Да и идеологический окрас их работы порой был таким ярким, что местные жители могли подумать – эти люди больше заняты тем, чтобы читать партийные манифесты вслух у колодца, чем настоящим наведением порядка. Р.А. Карпов отмечал именно этот момент на примере Алтайской губернии: деятельность исполнителей зависела от человеческого фактора – то есть от настроения конкретного человека в конкретный день.
С другой стороны истории выступали такие исследователи как Л.В.
Алиева и И.В. Кацуба. Они видели в сельских исполнителях скорее помощников народа – людей, которые хоть ненадолго выходили из привычной крестьянской жизни и помогали своим же односельчанам решать проблемы мирно через примирительные камеры.
Вот тут вспоминается весёлый случай: один исполнитель пришёл урегулировать спор между двумя соседями по поводу забора. В итоге они решили проблему так просто – построили общий сарай для дров и пригласили всех соседей на чай!
Вот вам и примирительная камера в действии.
А вот Т.Д. Надькина с Т.П. Шишулиной утверждали, что во второй половине двадцатых годов эти ребята действительно помогали милиции особенно активно в Мордовии и Пензенской губернии.
Ведь там штаты милиции были настолько малыми, что без помощи сельских исполнителей порядок был бы невозможен поддерживать иначе как с помощью магии или волшебных палочек.